Мячи не сбылись

Как спецкор “Ъ” искал плюсы в самарском проигрыше

25 июня в Самаре сборная России с разгромным счетом 0:3, все-таки позволяющим ей не только выйти в одну восьмую финала чемпионата мира по футболу, но и сыграть в «Лужниках», проиграла сборной Уругвая. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников на трибунах стадиона в Самаре искал и находил не только минусы, но и плюсы этого происшествия.

Такси с удивительной последовательностью опаздывает в аэропорт. Зато есть время послушать радио. Любая станция рассказывает про матч Россия—Уругвай и особенно про Самару, потому что Самара уже есть, а матча пока еще нет. И вот из радио тебе, например, рассказывают, что одна из главных достопримечательностей города на Волге в том, что пиво там наливают людям из водопроводного шланга («Жигулевское», конечно) и что литр превосходного этого пива стоит меньше €1… Да что там, меньше $1… И что болельщики сдают уже обратные билеты в Москву, чтобы напиться досыта из шланга-то…

Еще много нового ты узнаешь и о Самаре, и о египетском футболисте Салахе тоже… Про эту странную историю от телекомпании CNN насчет того, что после краткого, но емкого пребывания в Грозном культовый египетский футболист решил уходить из своей сборной — поговорив, надо полагать, с некоторыми людьми, имеющими влияние на умы и способными посеять в них тьму египетскую, и вот теперь, кажется, охмурили ксендзы Салаха, которого потом и на поле-то в игре со сборной России не видно было, да и, видимо, не следует удивляться, если мы застанем его скоро в основе грозненской футбольной команды номер один.

И ты представляешь себе эти разговоры, и Рамзана, например, Кадырова, который объясняет несчастному этому Салаху, что да как в жизни и в мире, и что было не так в его, Салаха, собственной жизни, но ведь не поздно еще поменять ее, а вернее взять и начать жить ее заново. И представляешь себе слезы очищения и благодарности на таком смуглом и таком смущенном лице футболиста, и понимаешь: вот ведь, нащупал человек, кажется, наконец, истинную веру, и вовремя, вовремя-то как…

И увы, понимаешь, что, как всегда, и тут желаемое — за действительное, и было ли что-то, а скорее нет, не было, а если и было, то не было.

У тебя есть время поразмыслить обо всем этом, потому что такси по-прежнему опаздывает в Шереметьево, а там выясняется, что и самолет компании Nordwind, что значит «Северный ветер», тоже опаздывает в Шереметьево, потому что не успевает из Симферополя, но уже все-таки вроде взлетел… И в бизнес-зале «Классика» — такие же, как ты, вернее, почти такие же, то есть уругвайцы, ждут решения своей участи, которую, как и ты, не могут изменить, и уж ясно, что будет она нелегка, по крайней мере для кого-то после матча, на который вдруг да успеем. Но может, на второй тайм…

Он вдруг прилетает, этот борт, когда уже не ждали, и он весь поголовно (именно поголовно) — красно-голубой, и ты тратишь несколько минут драгоценного командирского времени, чтобы объяснить этому командиру, что опоздать в Самару нельзя, что можно попытаться в воздухе нагнать, и он, странное дело, кивает и задумчиво говорит, что ветер-то попутный и, слава богу, не северный, а другой, и что он сам бы посмотрел этот футбол… Но нет у тебя для него лишнего билетика, чтобы застимулировать командира окончательно, но есть брелок с копией Кубка мира, и ты уже машинально лезешь в карман джинсов за ним, отдавая себе отчет в том, что это гарантия того, что нагоним… Но вдруг останавливаешься и одергиваешь себя: да жалко же!

И уже девушка, а не кто-нибудь еще, заводит весь самолет криками «Рос-си-я!», а чего его заводить, он уже и так заведен, и рулит на взлетную полосу…

Пока летим, в салоне, кстати, тихо: тут, по-моему, нет людей, которые отправились посмотреть на разгром хваленой уругвайской сборной. Все слишком понятно: это первый противник, который чего-то стоит. Этот — из того ряда, которому сборная Россия с суровой неотвратимостью проигрывала все товарищеские игры: Испания, Бразилия, Аргентина…

И вот самолет приземляется, и выясняется, что до игры — час, и видимо, никак уже не успеть. Но сюрпризом становятся шаттлы от аэропорта до входа на стадион, которые быстрее, чем любые машины с пропуском, потому что машины эти проверяют по четверть часа (я очень уж хорошо помню, как рвалась на стадион в Санкт-Петербурге жена Юрия Жиркова с ребенком, у которого в термокружке была какая-то нужная ему вода, и кружку заставляли оставить, а она кричала, что не может позволить, что мальчик должен пить эту воду каждые полчаса, и что ее муж без них все равно не начнет: если посмотрит и не увидит их на трибуне… И в общем, оставили они эту чашку…).

Мы успели к началу матча. VIP-трибуна была заполнена, и только Аркадий Дворкович, представляющий здесь «Сколково», еще метался по ней, рассаживая последних своих гостей.

Развязка номер один наступила, как известно, очень быстро. Гол забил Суарес. Я в какой-то момент стал наблюдать только за Станиславом Черчесовым, а не за тем, что происходило на поле. То есть я следил за тем, где было интересней. Господин Черчесов бродил вдоль бровки вслед за мячом туда-сюда. Когда подавали угловой, этот человек отворачивался.

При этом уругвайский тренер Оскар Табарес с костылем в руке бегал вдоль бровки по крайней мере не меньше, чем Станислав Черчесов, и уж точно быстрее. Мне уже хотелось посоветовать и нашим футболистам поскорее взять в руки какие-нибудь костыли, что ли… В это время наступила развязка номер два. Они получили гол в свои ворота, такой же нелепый, как вся их игра.

Станислав Черчесов стоял теперь неподвижно на краю очерченного ему прямоугольника и только гнал их вперед, гнал и гнал. Впрочем, они же не шли.

Удалили Смольникова. Черышева Черчесов заменил сам. Было ясно, что этот матч наш тренер мысленно уже проиграл и теперь готовил команду к одной восьмой финала, видимо в «Лужниках».

В перерыве в VIP-зоне собрались пострадавшие, то есть приехавшие и прилетевшие из Москвы. Глава «Почты России» Николай Подгузов разъяснял главе сети клиник «Мать и дитя» Марку Курцеру, который только что открыл новый фешенебельный медицинский центр в Самаре и утром уже сделал там операцию, что счет будет 2:2:

— Один мяч ударится о Дзюбу и закатится в ворота, главное, чтобы Дзюба не шевелился и стоял под углом к воротам. А второй как-нибудь докатаем…

Подошедший актер Максим Виторган очень обрадовался доктору Курцеру, радость по понятным причинам была неслучайной… Господин Виторган предполагал, что матч, конечно, проигран и что все получилось по схеме игры России с Египтом: те пропустили случайный гол, а потом пошло…

— Нет,— качал головой еще один слишком уж высокопоставленный менеджер одного государственного банка,— уругвайцы уже не отдадут… Какие уж тут 2:2…

— Да Черчесов перед матчем говорил,— не выдержал я,— что борются за первое место…

— В группе? — вежливо уточнил банкир.

— На чемпионате,— пожал я плечами.

— Конечно. Но почему-то,— вздохнул банкир,— они просят у нас билеты в ложу на финал…

— Кто они? — не выдержал я.

— Наши игроки, тренеры,— пояснил тот.— Потому что для них это единственный способ попасть на финал чемпионата мира.

Марк Курцер был тут единственным человеком, который сохранял хладнокровие. В конце концов, мы имели дело с доктором. Он только интересовался, куда едем на следующий матч с участием сборной России. И тут уж все сходились в том, что второе место в группе, которое так неумолимо намечается,— это, значит, и в самом деле «Лужники» и, по всей видимости, встречать там мы будем Испанию. И что это все-таки получше, чем Сочи, а то лететь еще дольше, чем до Самары, да и Роналду не будет в сборной Испании (надеемся)…

— Вообще-то у меня лично расчет был сегодня на судью,— признался глава «Почты России»,— а тут все наоборот получилось…

За этими разговорами и неплохой закуской незаметно начался уже второй тайм, который все же имело смысл глядеть на трибуне.

А там наши были вдесятером. И Черчесов яростно требовал от трибун еще больше бешеной поддержки. Других ресурсов все же попытаться спасти эту игру уже, видимо, не было.

А вот наши уронили противника, и уругвайский тренер, бросив все же, оказывается, мешавший ему костыль, резво бросился на поле проведать своего. И тут уж он нисколько не хромал.

Вот и вся эта сборная до сих пор притворялась. Что не так уж и умеют играть в футбол. А наши — в то, что умеют.

Счет 3:0 был законным. Уругвайцы запели и запили. Невеселым вышел из VIP-зоны телеведущий Александр Ревва.

— А я,— вдруг с вызовом обратился он ко мне,— как только Головина в стартовом составе не увидел, сразу понял: зря я из Москвы сюда приехал!

Причем не только он, а и вся сборная нашей страны России.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *